Переходы и ключники

Принесено из Питера, приснившегося не в Питере.
Если из сонного Питера вам надо попасть в любой другой мир - ищите ключника или ключницу. Одна из них обретается в закрытом киоске 'Первой полосы' рядом с каким-то метро на сонной Петроградке. Там же находится переход - длинная стена кирпичного здания конца XIX - начала XX веков. У ключницы можно раздобыть ключ к двери в нужный вам мир - некоторым образом. Ключом может быть ключ, подходящий к одной из дверей в стене того здания, или гаечный ключ, подходящий к гайке на креплении водосточной трубы или спуске заземления, или просто кусок железа, совпадающий по форме с дыркой между кирпичей в стене. Добывайте ключ - и в путь. Или ищите в сонном Питере меня: как оказалось, у меня есть право потребовать и получить без оплаты любой ключ от любого мира у любого местного ключника при одном условии - что я беру ключ не для себя. Мне пока с сонной стороны Питера путь заказан. А вам счастливых дорог!

Сонный метрополитен.

Я часто вижу и использую во сне метро. С каждым новым разом к нему добавляются новые, неизвестные ранее элементы, запутанные переходы, другие маршруты и поезда. Постепенно я начинаю понимать, что метро реальное — одно из измерений сонного, всего лишь проекция.

Сегодня я понял, что сонное метро, помимо всего, может работать топонимически.
Я направлялся второпях на Площадь Восстания — надо было куда-то успеть. Приехав, я вышел из поезда, перешел через еще две закрытые платформы, ибо другого выхода, казалось, не было. Проскочил под лесами строящейся станции, мимо рабочих, которые не обратили на меня особого внимания, но и я, на всякий случай, сделал вид, что прекрасно знаю куда направляюсь, и вышел во двор из, как оказалось, заброшенного здания — фасад с пустыми окнами, внутри нет перекрытий.

"Что-то тут опять строят", подумал я и направился на площадь с привычным круговым движением, однако, перейдя несколько радиальных улиц, не смог обнаружить знакомых примет. Улицы были довольно пусты, на фасадах домов классицизм соседствовал со стеклом и сталью, памятник в центре был совсем другим, больше похожим на дореволюционный, а несколько поодаль громоздился кремовых тонов округлый бетонный то ли театр, то ли музей —  нечто среднее между сиднейской оперой и российской национальной библиотекой.

На одном из перекрестков я встретился со своей старой знакомой и мы поднялись на последний этаж торгового центра, выпить по кофе. За беседой я упомянул, что, видимо, давненько не бывал в этих местах, раз здесь все так перестроили, в ответ на что она несколько удивилась.
Тогда я встал и подошел к окну, выходящему на противоположную от площади сторону. С высоты последнего этажа моему взгляду открылась остальная часть города — типично европейский пейзаж: аккуратные современные домики соседствовали с остатками готических башен и средневековых фортификаций на уходящих вдаль холмах.
Тут я начал понимать суть происходящего и спросил: "А какая именно это площадь восстания?". Из ответа я узнал, что это, конечно же, Площадь Восстания Короля Фридриха.

Сонный Питер - 2. Магазинчик на Чайковского.

На Чайковского, ближе к Литейному, по правой стороне, если смотреть в сторону Литейного, расположен магазинчик "Вино и ботфорты: Судьба Инквизитора". Как и обещает вывеска, внутри два небольших отдела, оформленные, правда, совсем не средневеково, а вполне в стиле хай-тек: витрины во всю стену, выходящие на Чайковского (и парк напротив - да-да, там именно парк), зеркала и хромированные рейлинги. В первом отделе - вина, весьма неплохая подборка, в основном Франция, достаточно редко встречающиеся в крупных магазинах, за разумные деньги. Во втором - готичные шмотки, всё от шёлковых рубашек всех фасонов и цветов до кожаных плащей и шляп, обувь от обещанных ботфортов до казаков. Держит магазинчик весьма стильная дама лет пятидесяти с глубоким, хриплым прокуренным голосом, которая идеально гармонирует с заведением. Или заведение с ней. Будете в Сонном Питере - заходите, она разбирается и в вине, и в ботфортах.

Пограничный дом

Надо бы и сюда написать про этот сон, уж больно он был хорош.


Снилось мне пару недель назад, что мне принадлежит мансарда Шрёдингера в очень старом, кирпичном пятиэтажном здании где-то в центре города (на Петроградке?). Шрёдингера - в том плане, что мансарда иногда есть, а иногда её нет. У меня есть ключ от нижней двери, ведущей из какого-то крошечного переулка на узкую винтовую лестницу, и ключ от самой мансарды наверху.  Иногда, когда я прихожу туда и открываю дверь, я могу обнаружить свою мансарду - и тогда могу оставаться в ней, сколько захочу, но если я уйду, то никогда не знаю, что найду там в следующий раз - например, попадался бар питерской богемы.

Сама территория за нижней дверью весьма популярна среди питерской ролевой тусовки (которая не имеет ни малейшего представления о мансарде и моей связи с ней). К примеру, когда Кэтрин Мортон собралась ставить очередное Ехо, она позвала меня снова на одну из ключевых ролей, объявив мне, что я буду одним из охотников за Пустым Сердцем. Само же Пустое Сердце (прочипованный артефакт) она спрятала за невзрачной картинкой, а картинку повесила между третьим и четвёртым этажом той самой винтовой лестницы. Однажды, поднимаясь в свою мансарду, я увидел новую картинку, заинтересовался ей, и как-то догадался, что она имеет отношение к моему квесту. Перевернув картинку, я обнаружил запечатанный сургучом пакет. Пакет я оторвал от рамы и стал вскрывать, думая, что вот сейчас я выполню свой основной квест ещё до игры, но тут сработала сигнализация, наложенная на картинку. Как оказалось, в квартире на четвёртом этаже на постоянном дежурстве находились двое игротехов, охранявших артефакт. Они выбежали и погнались за мной, я побежал от них вниз по лестнице, а иногда, за счёт центробежной силы, и по стенкам, думая, что самое важное - не дать им увидеть моё лицо, чтобы меня не сняли с игры. На втором этаже я вывалился в какой-то боковой проход, который вёл в торговый центр, и уже там я успешно смешался с толпой и ушёл от погони.

Теперь о самой мансарде. Окна её выходят в почти обычный питерский двор-колодец, который отличается от прочих только тем, что на окружающих его пятиэтажных домах - зашкаливающее количество разномастных башенок (возможно, потому, что Мансарда - это точка перехода между Питером и Ехо). В Мансарде огромные, почти во всю высоту, арочные окна с низкими подоконниками тёмного лакированного дерева, а снаружи, прямо за этими окнами - очень густой воздух: он материализует песни. Если сидеть на низком широком подоконнике и петь, то песни сгустятся снаружи у окна в светящиеся разноцветные кирпичи и останутся на какое-то время (на ночь хватает) висеть в воздухе. В тёплое время года я часто пользуюсь этой возможностью, чтобы напеть себе немного дырявой, разноцветной, светящейся брусчатки на уровне пятого этажа за окном, вылезти туда с одеялом и спать прямо на этой, в прямом смысле импровизированной, площадке безо всякого ограждения, на свежем воздухе. Вроде бы, там снятся совершенно изумительные сны.